Мария Хамзина Проза. Палач Божьей милостью Арена изящной словесности Проза. Палач Божьей милостью Проза. Палач Божьей милостью
Проза. Палач Божьей милостью Проза. Палач Божьей милостью Проза. Палач Божьей милостью Проза. Палач Божьей милостью Проза. Палач Божьей милостью
Проза > Палач Божьей милостью
Проза. Палач Божьей милостью Проза. Палач Божьей милостью Проза. Палач Божьей милостью
главная
стихи
проза
игровое
контакты
поиск
Сайт Натальи Сергеевой
Сайт Вадима Шарапова

<< предыдущее  |  следующие >>

ПАЛАЧ БОЖЬЕЙ МИЛОСТЬЮ

Она зябко потерла руки и подошла поближе к очагу. Глухо лязгнули железные щипцы, она не глядя отодвинула их ногой и присела на корточки. Вытянула вперед руки в тонких коричневых перчатках, оранжевый отблеск задрожал на матовой поверхности черного наперстка, который украшал ее большой палец. "Коготь Господа", торжественно врученный ей пять лет назад на последнем съезде Конклава: знак того, что она всегда творит работу руками, в отличие от Детей Хлыста и Мастеров Печати. Да и какое в том искусство - приложить к коже раскаленную докрасна железную болванку или ожечь тонким хлыстом из шершавой кабаньей кожи, вымоченной в рассоле. Но Школы всегда: нет, не враждовали между собой, а: просто не понимали друг друга. Впрочем, грех даже думать о таком - все мы творим одну работу, во имя Господа Иуды. Она торопливо перекрестилась на висевший в углу простенький осиновый крест, который стоил, однако, больше, чем все это захудалое графство - личный знак самого святейшего протопилата, римского наместника, украшал потемневшее от времени дерево. Она коснулась пеньковой веревки, что служила ей поясом, прошептала короткую молитву, поднялась, хрустнув коленями, подошла к массивному дубовому столбу, что находился в центре этой довольно маленькой комнатушки, и проверила железные крепления цепей. Затем нагнулась, подобрав край мешковатой коричневой сутаны, и провела пальцем по блестевшей в полу ложбинке стока - не засорился ли. Нет, все в порядке. Значит, пора.
Она подошла к двери и три раза ударила костяшками пальцев в центр выпуклого диска из красноватой меди, что был укреплен чуть выше ее головы, на стене рядом с дверью. Чтобы до него дотянуться, всякий раз приходилось приподниматься на цыпочки, но ей это даже нравилось - приятно ныли уставшие от работы мышцы. Слабый, дрожащий звон наполнил комнатенку. Едва слышный: но этого хватит.

Она мягко прошлась вдоль стены, бездумно касаясь шершавой каменной поверхности кончиками пальцев. Правый факел горит хорошо, ярко, а вот левый что - то коптит: сейчас достаточно будет просто пожарче растопить очаг, а после того, как уйдет очередной просветленный, следует позвать слугу пусть заменит факел. Однако, грешник не торопится. Тонкие дуги бровей недовольно сошлись к переносице. И тут же робко скрипнув, приоткрылась дверь.
- Святая сестра:можно?
"Труслив. Многословен."
- У Божьих ворот тоже медлить будешь?
- Простите:Святая Сестра.
- На свет. Выйди на свет, Грешник.
"Смазлив. И почти наверняка, тщеславен. Что-то я год назад его не встречала. Приезжий? Или:"
- Имя.
- Мое?
"Глуп, впридачу."
- Мое мне известно. А имя Господа всуе не поминают.
- Про:простите. Алек Бершит.
- Родственник Бершиту - мельнику?
- Сын.
- Где же ты был в прошлом году?
- Я: я: вот.

Судорожно охлопав карманы, высокий черноволосый парень подал ей сложенную вчетверо бумажку, вытер о брюки потные ладони и украдкой огляделся.
Крошечная комната - метра четыре длины, столько же - ширины. "У бати горница и то побольше будет:" Очаг из грубого камня в углу. Табурет. На стене слева - полка, плохо различимая в тени. И круглый столб посредине. "нет, нет, не смотреть:" Мелко и противно задрожали колени. Тошная слабость подступила к горлу. Парень сглотнул слюну.
Она подняла голову, и брезгливо держа бумажку двумя пальцами, как крысу за хвостик, опустила ее в пламя очага. Огонь моментально сглотнул ее , не оставив даже пепла.
- Значит, в прошлом году отец сумел купить тебе индульгенцию.
"Дрянь. Дрянь какая. Неужели церкви так нужны деньги, что она пренебрегает Очищением? Говорила я на Конклаве - добром это не кончится. Прости меня, святой Иуда, и ты, первоспасенный Христос, за такие мысли. Не мне судить. Голова должна быть холодной. Холодной. Холодной"

- Чего ты ждешь?
- Я:я не знаю, что делать:
- Первое Очищение?
- Да:
- Раздевайся.
" Он что, действительно покраснел? Или это тоже - от страха?"
- Все:снимать?
- Все. Впрочем: повязку на чреслах можешь оставить.
" Индульгенция:Первое очищение:Значит, ему семнадцать. Надо же:А выглядит на двадцать пять:нет, на двадцать два."
Парень путался в одежде, как трехлетний малыш, дышал тяжело, с присвистом. Запахло потом.
Она подошла к столбу, прислонилась. Закрыла глаза.
"Да очищен будет каждый Грешник, как первоспасенный Христос очищен был. Муки телесные пройдя и возлюбив палачей своих, превыше всего возлюбил он небо, и вознесен был к Божьему престолу. Святой Иуда же и Святой Пилат, палачи его, остались на земле, дабы дарить Очищение нам, погрязшим во грехе. Боль пройдя, страх пройдя, пороки свои за спиной оставив, выйдешь ты на берег жизни, невинным, как младенец, и обретешь любовь из рук моих, и обретешь небо в конце пути."
Она открыла глаза. Черноволосый красивый мальчик стоял перед ней, дрожа, как от холода. Сейчас. Не бойся. Ты увидишь Небо. Я помогу тебе.
Слепо переступая, он подошел к столбу, покорно прижался к нему худой спиной, сцепил руки сзади. Она защелкула на его запястьях тугое железное кольцо. Присела на корточки и захлестнула цепью его лодыжки. Теперь все.

:И стальной коготь наперстка, надетого на большой палец нежно, почти ласково коснулся обнаженной кожи плеча.
" Запомни боль, которую дарю тебе сейчас - во имя худшей боли, грехом своим прикован к алтарю, и цепь крепка - но рвешься ты на волю:"
- А-а-а:Сука, Сука:Нет! Не лицо! Нет! Мама:
- Это кричишь не ты - твое тщеславие. Отдай мне его.
"Запомни боль, которая с тобой, как смерть и жизнь, как воздух и надежда, Но тень любви Маячит за чертой, и кровь, и грязь пятнят ее одежды:"
- Нет! Нет! Пожалуйста! Пожа:жалей:
- Это кричишь не ты - твой страх. Отдай мне его!
"Запомни боль - и будешь невредим, болит душа, а плоть всего лишь вторит, Прижми ладонь к истерзанной груди, услышишь шум сияющего моря:"
- Больно. Больно! Больно!!!
- Это кричишь не ты - твое малодушие. Отдай мне его!
"Запомни боль, мой слабый человек, отдав мне все, ты к жизни возродишься, и капли крови падают на снег как дар любви:" - Ненавижу! Ненавижу! Нена:не надо!
- Это кричишь не ты - твоя гордыня! Отдай:
- :Твоя похоть:
- :Твой страх смерти:
- :Твое бессилие:
- :Твое:твое:твое:Отдай!
- Это кричишь не ты:
- Я! Я! Я! Кто я?!
"Слезы соленые. Пот соленый. И кровь тоже соленая. Мама:слишком много соли, мама:Больно. Мне больно."
"Я у:ми:ра-а-а:"
" Больно. Не больно:Не бо:Небо."
"Синее:"

Он очнулся на узкой кровати прихрамового госпиталя. Болело все, и как-то ничего. Первым делом он судорожно схватился за:за чресла, обнаружил все, что положено, перевел дух, и дрожащими руками принялся ощупывать лицо. Истерически расхохотался, ощутив все в целости. Где рваные раны? Шрамы? Пройденное испытание враз утратило часть значительности, почти сравнявшись с обычной дракой. Но тут же спина вспомнила шершавую теплоту скользкого от пота(его пота!) столба, и парня передернуло. Он вытянулся на грубой простыне, с особым удовольствием ощутив свое молодое, крепкое тело, и уже засыпая, вдруг вспомнил:
"Небо."
"Синее"
И не поверил себе.

А потом, в таверне Биндо, он взахлеб рассказывал приятелям про то, каким был героем, и Мэри Лу, Очищение которой было через полгода, жалась к нему, тонко и нервно вскрикивая. А потом Толстый Вик спросил:
- А палач-то как, ничего себе бабец? Или под сутаной этой дурацкой хрен разглядишь ?
Он принялся вспоминать, прикидывая, что и впрямь бы: Поруганная мужественность, которую заставили кричать, требовала выхода. И крепкий кулак мельникова сына, с малолетства ворочавшего мешки с зерном, врезался в откормленную челюсть. Вик обиженно скулил за спиной, а он вышел из таверны, и по дороге домой все пытался понять, за что ударил старого кореша. Потом остановился, поднял голову, и долго-долго смотрел вверх.
: Она устало стянула испачканные кровью перчатки, швырнула их в огонь, и достала из сундучка в темном углу новые. ( Первая заповедь - не умывай рук, спасая грешников. Так сказал на смертном одре сам Святой Пилат. Его забили камнями озверевшие селяне, которым он нес учение свое. Кстати, половина этих селян после ушла в Святое братство:детей Хлыста, кажется.)
Помолилась, прося у святого Иуды стойкости душевной, погладила веревку, служившую ей поясом и пропуском к Господу, возле которого пел псалмы Первомученик Христос. Вздохнула, позвала слугу, приказав ему заменить факел, потом подошла к медному диску на стене, приподнялась на цыпочки и трижды ударила костяшками пальцев по выпуклой медной поверхности:

3-4 декабря 2000г.
© Мария Хамзина
Перепечатка материалов с сайта
без разрешения автора запрещена
<< предыдущее  |  следующие >>
Добавить в FASQu Микроблоги Keepter Закладки на Парнасе
дуэль
форум
игра Амбер
обои
мои кнопки
стихи 1995-2002.
скачать zip


Песни Мириам.
скачать zip


стихи 2005-2003.
скачать zip


Проза > Палач Божьей милостью
БОЧАРОВАТЕЛЬНЫЕ ПРОЕКТЫ Web дизайн Business Key Top Sites